В уже упоминавшихся романах Бальзака и друллгх романистов XIX в. архетип плута окончательно преображается в тип молодого человека, заво¬евывающего место под солнцем (часто провинциала в Париже), испытыва¬ющего разочарования и прибегающего ко все более сомнительным (квази¬плутовским ) средствам в борьбе за существование.
Вместе с тем в литературе XIX-XX вв. иногда продолжает использо¬ваться форма плутовского романа и более или менее модернизированный архетип пикаро (от «Мертвых душ» Гоголя до «Феликса Круля» Томаса Манна или «Двенадцати стульев» Ильфа и Петрова).
У английского писателя XVIII в. Ричардсона, так же как Прево и Ма¬риво соединившего традиции психологического и нравоописательного рома¬на, нет плутов, но в «Клариссе» фигурирует один из демонических персона¬жей (может быть, наследник мильтоновского Сатаны, отчасти конкретизи¬рованный в качестве дворянского либертена. ср. тип Дон Жуана) – Лав-лас, наделенный чертами страдающего эгоиста и. таким образом, предвос¬хищающий (вместе с- героями Шодерло де Лакло и Маркиза де Сада) демо¬нически)! компонент характера романтического героя.
Само собой разумеется, что герою, даже в архаическом повествовании, противостоял друтие фшуры. как-то с ним соотнесенные. Обывательское представление, что в мифах и особенно в сказках изображается борьба добра нала, весьма упрощенное и в принципе неверное. Речь с самого начала идет скорее о гфотивопоставлении «своего» и «чужого» и «космоса» и «хаоса». «Свое», как уже указывалось, первоначально означало свой родо-племенной коллектив, субъективно совпадающий с «человечеством» и олицетворенный в образе героя. «Свой» мир и воплощающего его героя окружают разнообразные духи-хозяева, а затем боги, амбивалентные по отношению к герою, которые могли оьпъ «алыми» и «добрыми». Отчасти эта амбивалентность сохраняется и дальше, в собственно героическом мифе и сказке, где боги покровительствуют то одним, то другим героям, то помогают герою, то преследуют его. часто в за¬висимости от взаимоотношений богов между собой. Греческие мифы дают то¬ну многочисленные примеры. В сказке различные мифологические персона¬жи помогают или препятствуют герою в зависимости от его собственного по-ведения. Более того, мифологические трикстеры часто враждуют с героем. Но одновременно являются его братьями (принадлежат к «своим») или даже оказываются вторым «я» самого героя.